lonesomehappy

Category:

"Чернобыль" - быль или не быль, вот в чем вопрос.

Когда в сети появилась информация о выходе сериала «Чернобыль», я, мельком замечая в ленте упоминания, решила, что речь про новый сезон фантастического сериальчика про подростков, угодивших в Зону — такой себе блокбастер, но на вечерок скоротать сойдет. В общем, ничего особенного, и чего это все так всполошились, думала я. 

Потом оказалось, что все обсуждают новый фильм HBO, вполне серьезный и про реальные события. Ну ок, подумала я, фильм американский, значит, с гарантией американцы в очередной раз покажут, какие идиоты эти совьетик компанейро, по экрану будут бегать злые гэбэшники и стрелять в храбрые лица борцов с коммунизмом. Нунахх, решила я и забила.

Но не тут кобыла, как говорят зоки. Знакомый народ принялся смотреть и живо обсуждать, причем, высказываясь, в общем, положительно, хоть и с оговорками про несуразицу типа пластиковых окон в кадре. Потом в ленте мне попалась рецензия Клима Жукова. Он, разумеется, не специалист по Чернобыльским событиям, не физик и не кинематографист, но все-таки историк, в СССР жил собственнодушно, так что право на собственное мнение, безусловно, имеет. Почитала. Жуков ожидаемо ругает фильм за неуважение к СССР, за нелогичность тех или иных сцен (я запомнила, каких именно, чтобы составить свое мнение и сравнить). Ну, что ж, решила я, надо глянуть при случае. 

Буквально в тот же день я наткнулась на два положительных отзыва от своих знакомых, которые показались мне чем-то похожими между собой (отзывы, хотя и знакомые тоже чем-то похожи)). После этого я окончательно решила смотреть.

И я поняла, что объединяет большинство положительных отзывов! Все, кто хорошо отзывается о сериале, как-то очень мягко и аккуратно отстраняются от выражения личной позиции. Никто не пишет: «мне безумно понравилось. фильм огонь, смотрите обязательно!», вместо этого пишут: «фильм заслуживает своих высоких рейтингов», «фильм, безусловно, качественно снят и объективен», «в фильме показаны и герои, и злодеи, хорошая операторская работа» и т.п. Как будто боятся признаться, что понравилось. Или скрывают, что не понравилось, уж не знаю...

Ну, в общем, посмотрели и мы. 

Насчет соответствия реальным событиям я сразу для себя определила, что не стану оценивать фильм по этому критерию. Вообще. Потому что я не настолько в теме, чтобы с апломбом утверждать, дескать, даааа, все так и было, или: неееет, сплошное вранье, было совсем не так. Я знаю не больше остальных. В сам момент катастрофы я жила в Сибири, и мне было 5 лет. Я помню сообщение по радио, и как испугалась мама, но на этом, пожалуй, и все. Теперь-то я понимаю причину ее испуга: мамина сестра замужем за инженером-энергетиком с Ленинградской АЭС, так что вся эта тема была им близка, сами они жили (и сейчас, слава богу, живут) в городе — аналоге Припяти — Сосновый Бор Ленинградской области. Закрытый город, о котором и теперь мало знают, даже в прогнозе погоды не упоминают, хотя город давно открыли. После аварии на ЧАЭС, конечно, как на иголках жили, но со временем все успокоилось, хотя и нынче по городку иногда волнами идут жуткие слухи о выбросах или неминуемой аварии, но, на наше счастье, всегда оказывается, что это просто слух. Однако, большие электронные часы над почтой, в доме, где живет и поныне семья моей тетки, всегда показывают сначала время, затем — погоду, а затем — уровень радиации. И все привыкли. 

Читала и смотрела я про Чернобыль то же, что и большинство — разные статьи в Интернете, документалки, телепередачи. Кое-что рассказывал мне Руслан, который в детстве жил на Украине, в Тетиеве или Немирове — точно не помню, они часто переезжали — и ему было тогда 10 лет. В то лето он попал в больницу со странным «бронхитом», которым тогда почему-то заболела чуть не половина детей в городе. Насколько эта загадочная эпидемия была связана с аварией и что это было на самом деле — бронхит или что-то другое, теперь уже трудно выяснить, но вот такой факт был. Еще было такое: его мама в первый майский выходной 1986 года внезапно необычайно сильно загорела, поработав всего денёк на огороде. Все подивились черноте загара, а потом, уже через пару-тройку лет, она долго неизвестно чем болела. Ее возили в Кремлевскую больницу, не могли понять, в чем дело — то ли опухоль в мозгу, то ли нет, и даже ставили «вялотекущую лучевую болезнь», но точно опять-таки сказать ничего нельзя — все это я знаю только с их слов. Необъективный источник, прямо скажем.

Из прочитанного мною про аварию, больше всего меня потрясла история жены пожарного, рассказанная от первого лица какому-то изданию. Это был большой материал, подробный, без купюр. История этой женщины как раз и показана в фильме — как она поехала за мужем в Москву, как скрывала от врачей, что беременна, как ходила за мужем до последнего часа, как мучительно и тяжело умирали первые ликвидаторы, как их хоронили на окраине кладбища, закатав могилы в бетон, как умер ее ребенок, приняв на себя весь лучевой удар, доставшийся ей...

Помню, что больше всего меня тогда потрясла не столько сама история, сколько исходящее от нее ощущение полной оторванности от остального мира, равнодушия мира и людей к происходящему. Женщина описывала, как ночевала в коридоре больницы, как жила в Москве чуть ли не на улице, пока не прорвалась в палату, а потом боялась оттуда уйти, потому что второй раз ее бы не пустили и негде было бы жить, как она ела что попало и стирала одежду в раковине больничного туалета, потому что никто не позаботился о тех женщинах, что приехали ухаживать за умирающими (она ведь не одна такая была), и до них никому не было дела. Никто ничего толком не знал, не понимал уровня опасности, не хотел проникаться бедой этих женщин, не предлагал медицинской или психологической помощи — да они и не просили, это было бы странно в те времена. Нет, они принимали все как есть и даже не жаловались... Вот это было самое жуткое в этом всем — принятие и смирение. 

И нет, я не говорю, что это было плохо и так делать было нельзя, не возмущаюсь этим принятием и смирением, вовсе нет! Поймите меня правильно, я считаю, что это поведение — единственно верное для рядового человека в такой системе. Иначе — смерть или бегство. Принять все как есть и искать выход для себя в сложившихся обстоятельствах — вот так жили тогда и именно это делало для советских людей приемлемой ту жизнь, на которую нынешние граждане возмущенно фыркают, дескать, как можно было так жить, да еще и радоваться, праздновать там чего-то, смеяться и любить! Это ж каким надо быть чурбаном/дикарем/болваном, чтоб на фоне происходящего в стране, в политике, в экономике, в культуре, в сельском хозяйстве еще и радоваться жизни! А вот и можно. Принять, смириться и все равно жить, назло всему. И только поэтому, как мне кажется, та женщина смогла не только преодолеть случившееся, но и снова выйти замуж, родить ребенка и дожить до преклонных лет. Что-то в этом всем есть такое... подвижническое, что ли... Сродни раннему христианству, пожалуй...

Но это так, лирическое отступление.

Что я могу сказать про художественные достоинства фильма? Имхо. Снят он, действительно, хорошо. Занимательно, увлекательно, на должном уровне подготовка, антураж и спецэффекты. Даже пластиковые окна в глаз не бьют, можно не цепляться к деталям. 

Несколько режет слух непривычная для уха речь без идиом, нормального адекватного мата и эмоций — перевод с английского делает диалоги еще более невыразительными (а они там, кажется, и в оригинале не шедевральны), но привыкнуть можно. 

Сам фильм напоминает, скорее, анимированную документалку. Персонажи делают и говорят только то, что относится непосредственно к событиям на станции, при этом, не имеют собственных черт: т.е. не показаны их привычки, склонности, особенности личности и т.д. Я полагаю, что в этом и был замысел авторов, это сделано специально, чтобы показать, что действующие лица — образы собирательные, поэтому  их намеренно лишили личностной уникальности, даже реальные исторические фигуры говорят действуют так же — как собирательные образы «без лица». Если принять это как особенность фильма, то вполне смотрится.

Стойкое неприятие вызвали только две сцены — они настолько «нерусские», что просто бьют в глаза. Какую хрень ни сняли бы наши российские киношники, будь они на месте режиссеров этого фильма, конкретно в этом они бы не накосячили — просто не додумались бы поставить эти сцены именно так — в силу того, что у нас так не говорят и не делают. Да, это сцена с министром угольной промышленности и шахтерами — просто фейспалм. И вторая сцена — где Щербина обращается к сотрудникам станции с призывом пойти и пожертвовать собой для спасения человечества от второй, еще более страшной катастрофы, которая могла бы произойти. Я не знаю, что он говорил на самом деле, какие выражения подбирал и слова использовал, но точно не те и не так, как это показано в фильме. Может, у кого-то другое впечатление, а кто-то и внимания не обратил, но мне обе эти сцены здорово резанули по глазам и ушам своей неправдоподобностью. 

А, ну, и целая серия, посвященная отстрелу животных, показалась мне надуманной и лишней, непонятно, к чему это, зачем? Тем более, что, насколько я знаю, отстрелом животных в зоне отчуждения занимались охотничьи общества, но уж никак не призывники. Хотя, повторюсь, я не в теме, может, я ошибаюсь, и все так и было, но зачем это в фильме — неясно. 

В остальном же придраться не к чему, фильм действительно хорош, хотя бы уже тем, что после него все кинулись читать про катастрофу в Чернобыле, а больше знать — это никогда не лишнее.

Хотите знать мое личное отношение? Мне — никак. Я посмотрела, оценила, пересматривать не стану. Не зацепило. Сама трагедия, разумеется, равнодушной оставить не может. А вот фильм про нее — вполне.

З.Ы. Насчет «историчности» — хочу порасспрашивать своего дядюшку, того самого, который до сих пор на ЛАЭС работает. Он все-таки больше в теме, чем мы все тут вместе взятые. Его сын — мой братец двоюродный, кстати, тоже там работает. Вот интересно, что они скажут.

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded