lonesomehappy

Category:

Ит или не Ит, вот в чем вопрос. Почему черепаха не смогла нам помочь?

Рецензию на "ОНО" я поклялась написать уже на выходе из кинозала. Я грозилась раскатать ЭТО в пух и прах, я ругалась плохими словами, я даже пошла и съела гамбургер на фудкорте, чтобы довести свое разочарование до апогея. У гамбургера много общего с этим фильмом. Он такой же дорогой, тоже красиво упакован в заграничную коробочку, прорекламирован и точно так же разочаровывает каждой своей составляющей - от горячего соленого огурца до промокшей булки. 

Но именно он (гамбургер) помог мне испытать катарсис и обрести дзен в отношении к этому кинопроизведению. Я успокоилась и стала думать.

Итак, что же не так с этим ярким, словно конфетный фантик фильмом? Почему одни зрители восторженно пищат, а другие плюются и морщатся, точно попкорн, который они купили, был поджарен на машинном масле? Эффект обманутых ожиданий? Да, разумеется, об этом прямо говорят все, кто ругает фильм. Ждали экранизации Кинга, а получили... А что, собственно, получили? Ведь красиво же? Безусловно! Пеннивайз прекрасен, дети прекрасны, взрослые прекрасны, сам Дерри прекрасен, сюжет известен — казалось бы, ну что может пойти не так?

(осторожно, сейчас будет ооочень много букв!)

Давайте разберемся. Для начала — с жанром. Сразу договоримся: большая и подробная книга, которую в далеком 1986 году написал Стивен Кинг, не имеет к фильму никакого отношения. Она собрала свои награды, свою критику и своих поклонников еще до выхода первого фильма и обсуждать ее достоинства и недостатки мы не будем. Фильм Мускетти - совершенно самостоятельное кинопроизведение, снятое, как было принято писать в титрах советских фильмов, претендующих на экранизации, "по мотивам".

 Что бы там не говорил сам Кинг о втором фильме (а он высказался предельно вежливо, отметив лишь, что "фильм превзошел его ожидания", а это, как мы с вами понимаем, вовсе не означает, что фильм ему понравился), его книга была романом ужасов, экранизацию же можно назвать фильмом ужасов с большой натяжкой. Приключенческим фильмом — да, пожалуй, если бы не некоторые нюансы. Страшноватой сказкой — можно было бы, если бы, опять же не кое-какие жанровые пробелы. Почему нет?

Это НЕ фильм ужасов. Уж поверьте, я знаю толк в ужастиках. Я пересмотрела и перечитала все самые известные жутики, многие из малоизвестных и неизвестных вовсе. От "Красной руки..." Эдуарда Успенского до "Сайлент-хилла". Я видела все (!) серии "Кошмаров на улице вязов", большую часть экранизаций Кинга (о, мои бедные глаза, они до сих пор кровоточат от воспоминаний). Я видела "Техасскую резню.." и "Других", "Турбазу волчью" и "Приют", "Сонную лощину" и "Женщину в черном" — да, я люблю пугаться. Пугаться выдуманных ужасов - не страшно. Потому что действительно страшные фильмы — это "Список Шиндлера", "Дневник Анны Франк" и "Иди и смотри" — что  после них вообще может по-настоящему испугать?.. Тем не менее, я продолжаю любить хорошие фильмы ужасов — как другие любят аттракционы и быструю езду. В этом отношении фильмы ужасов — самый безопасный способ пощекотать себе нервы (всем советую, да психологи подтверждают!). 

Теперь о природе страха. Кинг прав: наши страхи живут в нашем детстве, но все они имеют реальную основу. Страху нужна почва. ОНО пугало всех без исключения именно потому, что являлось к детям и взрослым в образе того, что когда-то напугало (или продолжает пугать) ребенка. И это не абстрактная картинка в кабинете папы — такое может напугать малыша, но не породить постоянные кошмары у подростка. Это не безголовый мальчик со старого газетного фото, бегающий между библиотечными стеллажами — такое может напугать кого угодно, но постоянным страхом станет только у человека с напрочь расстроенными нервами. Страху нужно основание. И если бы авторы фильма не пытались изобрести велосипед, натужно стараясь обходить готовые сюжетные линии, они бы смогли создать атмосферу страха. Но они изо всех сил пытались сделать "не как в книге", за что и поплатились. 

Отцом Бена был военный, погибший герой, который оставил после своей гибели только ордена-медали и кучу проблем семье, вынужденной из милости жить у родственников. Отец в его мыслях, в молчании матери, в снисходительном отношении родственников, в ощущении неполноценности их семьи, живущей в городе, где у большинства ребят отцы все же есть. Кого видит Бен в своих кошмарах? Верно. Мумию. Умершего человека, который не до конца умер, который похоронен, но продолжает преследовать его. Авторы первого фильма сделали простой и гениальный ход — заменили мумию на зомби. На живой  труп отца в парадном мундире с орденами. Страшно? Да пиздец как страшно! У каждого зрителя найдется, от чего вздрогнуть, увидев такое. Но нет. Авторы фильма зачем-то меняют Бена местами с Майком, делая именно его "хранителем знаний о Дерри", хотя это совершенно нелогично и напрочь лишает смысла появление в их компании Майка - как последнего связующего звена их странной группы. И Бен пугается фотографии убитого взрывом мальчика, который мерещится ему в подвалах библиотеки. Да, страшновато, но только первые секунды, а потом становится смешно, потому что безголовый скелет должен бегать и на все натыкаться, а это, простите, ржака.

История со страхами Майка придумана заново от первого до последнего слова, она выглядит неубедительной и чужеродной вставкой, а сам персонаж — черный мальчик, едва ли не единственный негр в городе, что само по себе не так-то просто принять — становится здесь лишним и невнятным — как пятая нога у собаки. 

Чего боится Ричи нам не показали (а может, я не запомнила), вероятно, ничего, да и плевать, кого он вообще волнует, он в этом фильме — всего лишь неистощимый источник глупых и пошлых шуток про твою мамашу и пенисы. Ясно, что детям это должно быть смешно, но во взрослом фильме вызывает только недоумение и раздражение.

Девочка Беверли боится своего отца, но еще она боится крови. Авторы фильма попытались показать это в эпизоде, где она растеряно озирается в аптеке, между рядами гигиенических средств. Намек ясен — девочка взрослеет, ей нужны тампоны, кровь становится регулярной частью ее жизни, блаблабла. Печально, трогательно, какбэ намекает. Но тут все портит навязчивая контекстная реклама — все смотрят на огромные буквы "Тампакс", становится не страшно, а смешно. Но авторам и этого мало, они начинают поливать кровью зрителей прямо из канализации, фонтаном, заливая потолок, стены, героиню с ног до головы и зрителей в первом ряду. Все это не страшно. Все это, уж простите, навевает воспоминания о сатирическом триллере "Убить Билла". Помните эти эпические реки крови в каждой сцене с убийством? Вот-вот.

Не говоря уже обо всем прочем, первый вопрос, возникший у меня после сцены в ванной Беверли: КАК, а главное, ГДЕ, черт побери, она отмылась, чтобы встретить наутро своих друзей чистенькой и красивой? В ванной все залито кровью, а ванная комната у них в бедной квартире многоэтажного дома — одна... Что, сходила помыться к соседям? То-то папа бы удивился... Подружек у нее, как мы помним, нет. Где, наконец, кровавые следы, которые не мог не оставить по всему дому ее отец, который, как и все взрослые, крови не видит, но в ней пачкается? Он же ходил в туалет вечером и утром, умывался, брился, наконец? Но кого интересует логика? В ванной ни единого чистого пятнышка, а девочка сидит на лестнице, свежая как майская роза. Какой уж тут страх... 

В отношениях девочки с отцом тоже многое вызывает недоумение. Жертвы домашнего (а особенно родительского) насилия обычно не выглядят как шлюхи. Девочка, которая живет со своим тираном, которую дома унижают и, возможно даже насилуют, старается выглядеть и дома, и на людях как можно менее заметной, она не станет провоцировать отца, тряся перед ним короткими юбочками, полупрозрачными платьицами и аппетитной попкой семнадцатилетней красотки (как мы помним, Бев всего одиннадцать, но кто в это поверит, глядя на экран?). Кинг сам писал об этом в "Долорес Клейборн" и то же самое скажет вам любой, даже начинающий психолог. Можно, конечно, закрыть на реализм глаза и и даже предположить, что девочка таким образом скрыто протестует против своего мучителя. А после обретения друзей она обретает силу протестовать открыто. Допустим, так. Ну, а как иначе объяснить хладнокровное убийство одиннадцатилетней девочкой своего отца? Не повлекшее, кстати, за собой никаких последствий — как кота утопили!. Ни расследования, ни вопросов к подростку, спокойно проломившему голову родному папе куском раковины! Она просто едет к тете! Спрашивается, если кошмар побежден, если мучитель повержен и освобождение пришло, то о чем снимать вторую часть фильма? Вся фишка продолжения противостояния выросших детей и монстра из Дерри заключается в том, что их страхи остались в них непобежденными. Бев вышла замуж за человека, который был точь в точь как ее отец, Эдди женился на копии своей матери и так далее. Все персонажи - бездетны, ибо они не победили в себе своих запуганных детей. Они сами все еще дети. А тут вся эта стройная логическая система рушится как карточный домик... Во имя чего? Чтобы показать, что и подросток может спокойно убить взрослого человека и ему за это ничего не будет? Уж кто-кто, а нынешние подростки прекрасно это знают.

У остальных персонажей проблем в семье словно бы и вовсе не существует, у них будто бы и семей-то нет, так, пара пап мелькнула, неясно, зачем...

И раз уж мы заговорили об Эдди. Та же самая претензия у меня к линии "Эдди Каспбрак и его толстая мамаша". Мамаша Эдди в фильме толстая, некрасивая и плохо одета. Она дает ему какие-то таблетки, которые в аптеке непривлекательная девица называет пустышками. Это все. А, ну еще мать просит поцеловать ее на виду у всех друзей и выражает некоторое беспокойство о делах и здоровье сыне (чего, кстати, прочие родители вообще не делают, как будто им все равно, где шляются их дети и почему на них шрамы и раны). Это все, в чем повинна эта киноверсия мамаши Каспбрак. И тем не менее, создатели фильма делают все, чтобы зритель проникся к этой женщине отвращением. В фильме вообще мало женских образов, и все они, за исключением Беверли — неприятные до омерзения. Вряд ли это случайность. В чем заключался главный кошмар Эдди? Правильно. Его болезни. Его несуществующая слабость, болезненность, мифическая астма, полный набор всевозможных болячек. Все это было привито ему матерью, которая любила его до безумия и боялась за него, доходя в своем страхе до абсурда, выражающегося в запрете даже на бег. Однажды, проходя мимо обычного заброшенного дома, Эдди встречает противного на вид и явно больного бродягу, который агрессивно себя ведет. Этого вполне достаточно для мальчика, запуганного с рождения — ему начинает везде мерещиться прокаженный. Что делают авторы фильма? Они сводят все к тому, что Эдди ведет себя как кретин, донимая друзей рассказами о разных болезнях и горстями пьет какие-то таблетки. Почему, зачем, чем он якобы болен — какая разница, кого это волнует? Достаточно того, что он ни с того ни с сего вдруг заявляет матери, какая, дескать, она лживая сука и как он ее больше не боится. Отличный пример для всех юных зрителей! Явление прокаженного, в целом, понятно, но не очень пугает, потому что — ну откуда, нахрен, прокаженный возьмется в Дерри в конце двадцатого века? Больной бродяга многое бы объяснил, но нет. Впрочем, это не последняя ошибка сценаристов. 

Ужасная женщина с картины в отцовском кабинете Стенли Уриса действительно выглядит пугающе, напоминая мунковский "Крик". Но откуда она, зачем там висит эта весьма странная, чего уж там, для кабинета раввина картина, причем тут сам отец, причем, наконец, Тора, которую никак не может выучить "плохой еврей", сын раввина? Зачем это все? Почему выброшена восхитительно жуткая водонапорная башня, в которой когда-то утонули дети и которая стала для Стэнли настоящим кошмаром? Почему не упомянут способ борьбы со страхом методом "отвлечения" (помните, Стэнли перечислял названия птиц и это помогало ему отвлечься от своего страха?) Где же ужасы, черт побери?

Очевидно, что авторы не церемонятся с поведенческими паттернами, ломая четкие логические принципы как сухие веточки. А восприятие зрителем фильма ужасов основано как раз на том, что человек в предлагаемых обстоятельствах будет вести себя ожидаемо. Догоняют — бежит, живет с тираном —  боится его, замахиваются — съеживается. Грубо говоря, если блондинка из фильма про маньяка в первой же сцене погони выберет вместо банана пистолет, развернется и застрелит преследователя, кто поверит в то, что такой маньяк может кого-то напугать?

Герои Мускетти не живут со своими страхами, они побеждают их с легкостью взмаха волшебной палочки, неясно только, что же им раньше-то мешало? Ну, ладно, Бев, Бен и Майк попали в компанию уже по ходу фильма, все они до того — одиночки, но остальные-то вполне себе друзья! Клуб неудачников существует и действует чуть ли не с первых кадров фильма. В книге не было нужды в пояснении этого факта, так как там герои лишь прогнали злую тварь, остановили убийства на какое-то время, но не смогли победить себя и свои страхи, хотя все же эта дружба стала самым светлым пятном их детства. Фильм же оставляет вопрос открытым. 

Кстати, о светлом пятне детства. Напомнить вам, где живут дети? В Дерри, штат Мэн. Это довольно скучный рабочий городок, пахнущий канализацией, центр города — это канал, дети играют, по сути, на болоте возле сливных ям и очистных сооружений. Это вообще ни разу не красивое место! Оно должно пугать, становясь привлекательным только в глазах юных искателей приключений. Но зачем снимать страшно, если можно — красиво? И вот дети ныряют с красивого скалистого обрыва в затопленный карьер, по берегам которого растет красивый лес, они катаются по улицам солнечного теплого и милого городка, в котором, впрочем, непонятно кто живет, потому что жителей в фильме показано раз-два и обчелся! Где равнодушные лица, где отведенные глаза обывателей, которые должны были бы помочь детям, но проходят мимо в тот момент, когда Генри Белч готовится вырезать Бену внутренности? Никого нет! Дерри стал домом для НЕГО и жители вели себя, словно подчиняясь его магии — закрывали глаза на преступления, замалчивали, забывали... Но в фильме яркие симпатичные  детки ведут совершенно обычную жизнь, погружаясь в мистическую историю как в игру про индейцев. 

Так может быть, это вовсе и не фильм ужасов? Может быть, это приключенческое детское кино? Хорошо бы, но НЕТ.

Жанр приключений мог бы объяснить многие странности этого фильма, но возрастное ограничение 16+ какбэ говорит нам, что это не фильм для семейного просмотра. Жанр приключений не требует мистики, там вполне достаточно было бы противостояния с хулиганами, с родителями и учителями, сюда логично вписывается и детская влюбленность всех мальчиков в одну девочку, и записочка со стихами, и драматичная история о чернокожем мальчике-сироте. Мог бы получиться отличный яркий и образный фильм о дружбе, которая помогла неудачникам объединиться и победить злых квакиных бауэрсов и подлых отцов. Зачем бы там клоун?.. Можно предположить, что он - лишь выдумка, фантазия ребятишек, этакая  "Красная рука" Человек с синими зубами. Желтые шторы. Дескать, герои фильма придумывают сказочного монстра, чтобы объяснить реальные беды — исчезновения детей, взрыв старого завода, трагическую гибель маленького брата, страх перед превращением из девочки в женщину и так далее. Мол, виновато некое чудище, объединившись, мы его сможем победить. Это, пожалуй, единственное объяснение, которое видится мне правдоподобным. Но для взрослых подобное прочтение знакомого сюжета слишком примитивно, а для детей — возрастной ценз, мы помним, да? 

Кстати, об отце и Бауэрсе. Вас не удивило, с какой легкостью авторы фильма добавили в сюжет нового персонажа, а затем, с такой же легкостью от него избавились? Отец Генри Бауэрса здесь — полицейский. Он — единственный полицейский в фильме и, конечно, кто он? Хладнокровный убийца котиков, тиран и деспот, который мучает сына, обзывает его трусом и Бауэрс — в этом фильме он — антагонист Беверли — убивает его так же легко, как Бев — своего отца. 

Да есть ли в фильме вообще хоть один взрослый персонаж, который симпатичен зрителю? Увы. С этим все грустно. Не страшно, подчеркиваю. Грустно. Если это фильм для подростков, то уж очень все безрадостно (училки, аптекари, одноклассники - уродливые твари, отец-полицейский - гад, единственная мать - жирная тупая корова, отцы Билла и Стенли — равнодушные чужаки, отец Бев - ну, все понятно, в общем...) На фоне светлых солнечных декораций подобная депрессуха вызывает удивление и очевидный диссонанс в восприятии. Убийства детьми взрослых (а особенно, родителей) тоже не очень-то характерны для приключенческого жанра, чего уж там! Это уже прям заводной апельсин какой-то!

Может, этот фильм задумывался как страшная сказка для взрослых? Он мог бы ею стать, но НЕ СТАЛ. Да, некоторая условность, присущая сказкам, имеет место быть. Успех фильмов типа "Братья Гримм" и "Город потерянных детей", сериала "Страшные сказки" и тому подобных продуктов говорят нам о том, что сказочные "взрослые" фильмы очень востребованы современным зрителем 16+. Но жанр сказки — суровый жанр. Самый, пожалуй, требовательный и капризный. 

Кое-что нам намекает на сказочность реальности Дерри: это и отсутствие женских персонажей (за исключением нескольких уродливых бабищ и красавицы Бев), и - с некоторой натяжкой - эпизод с грязной ванной и чистой девочкой, и волшебный колодец, куда ведет заботливо приготовленная кем-то веревка с узлами, и вполне узнаваемый "дом с привидениями", торчащий посреди современного города как свечка в жопе торте; это и странное огромное и объемное помещение посреди городской канализации, которое построил неизвестно кто, а главное, непонятно, зачем; это и летающие под его потолком мертвые дети, которые после изгнания монстра опустились, а потом внезапно неизвестно куда делись... Все это могло бы объясняться сказочностью, но, увы, не объясняется. Сказка, как я уже говорила, требовательна к соблюдению своих законов. В принципе, можно сказать, что с некоторой натяжкой они соблюдены: герои стремятся к обретению того, чего у них нет, сражаются со злом, побеждают, обретают потерянное/не имевшееся ранее. Но сказочный закон требует, чтобы герои при этом что-то делали, совершали некие ритуалы, чтобы им помогали волшебные персонажи/обряды/предметы — ничего этого здесь нет. Авторы даже не пожелали воспользоваться подсказками самого Кинга — серебряные доллары, воскурение волшебного дыма, вызывающего видения, наконец, вооружение перед битвой с главным врагом — ничего этого нет, герои даже не совершают группового объятия, идя на битву! Потом они режут себе ладошки и обнимаются, но это уже не имеет никакого значения — после драки чего уж кулаками махать?.. Вместо этого авторы зачем-то вооружают Майка патронами для забоя скота, которые он бездарно прое теряет в самом начале битвы, лишив себя (и всех остальных) единственного оружия. Даже бейсбольной биты не взяли, даже рогатки! 

Мне тут сказали о сходстве фильма с книгами Крапивина — народ, ну, нет же! У Крапивина монстр убивался мячиком, которым играли друзья, барабанной палочкой, наконец! Это было объяснимо и логично.Здесь же у персонажей авторы фильма отняли все оружие, которое могло бы стать символом дружбы и помочь им победить врага. Баллончик с лекарством от астмы там даже не очевиден, хотя присутствует. 

Мне теперь даже интересно, как они будут выкручиваться во второй части фильма. Впрочем, не исключено, что логика покинет их и там и они вернут героям всех их детские страхи...

Вам еще не надоело читать? Я заканчиваю. 

Такая жанровая неопределенность здорово мешает смотреть, потому что не знаешь, чего ждать и все время чувствуешь себя обманутым. Игру актеров оценить сложно по той же самой причине — неясно, кого они играют, реальных подростков из середины 80-х или сказочных персонажей, которым многое дозволено. Именно в этом мне видится главная ошибка создателей фильма — они пытались угодить всем, объять необъятное и впихнуть невпихуемое. А это известно чем кончается: шарик лопнул, всех забрызгало кровью, кое-кому удалось полетать, остальные сделали вид, что ничего не было. 

Дерри не на экране, друзья мои, Дерри — вокруг нас. 

И это все, что я могу вам сказать о фильме "ОНО". 

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded