October 10th, 2008

Ангел

А осень там почти такая же. Только суше.

Хочу в Иркутск, на улицу 2-ю Железнодорожную.
(Мне всегда везло на странные названия улиц:
Линейная, Танковая, 2-я Железнодорожная, 2-я Обская...)
в нашу двушку на пятом этаже, гда с балкона открывался вид на сосновый лес и кусочек Иркута.
Год, что мы там прожили - был год самой настоящей свободы, несмотря на:
- институт
(все-таки иркутский пед - халява, почище нашего, хотя, казалось бы, куда уж!),
хроническое безденежье
(Р.Ю. паковал пиво по ночам: 50 копеек за одну упаковку из шести стеклянных бутылок,
за ночь он зарабатывал до 150-ти рублей - и это был рекорд, потому что остальные упаковщики
не могли заработать за ночь больше, чем 60-80, о как! Вот на это мы практически и жили. Впрочем, времена-то были - 1999й - 2000-й год, тогда это еще были деньги!),
- тоску по родному городу
(а мама и друзья писали мне письма! Настоящие, на бумаге, в конвертах!),
- сложные отношения с наезжающими родителями
(наезжающими - и в смысле их нечастых наездов в Иркутск тоже)),
несмотря на это все - это было чудесное время!
Мы ездили в тайгу, за грибами, на электричке, вдвоем!
Мы гуляли по набережной.
Мы постоянно встречали разный незнакомый мне народ, с которым Р.Ю. меня знакомил,
и ВСЕ мне радовались.
Мы творили ужасно опасные и незаконные дела, и это было, черт побери, прекрасно!
(но мы никогда не делали другим плохо - исключительно себе)))
Мы общались с потрясающими людьми, таких я никогда больше не встречала, и не встречу, и слава богу.
Мы... Мы жили удивительной жизнью.
Но главным чувством было, конечно, мое ощущение внутренней свободы - от осознания, что вокруг - совершенно незнакомый старинный город, где НИ ОДНА ЖИВАЯ душа не знает меня дольше года. Р.Ю. не в счет.
Мы были свободны оба, и ничто не мешало нам уехать, к примеру, в Танзанию, если б нам вдруг этого захотелось.
И мы уехали. В Новосибирск.
А теперь мы привязаны к этому городу тысячами тонких ниточек, которые, конечно же легко порвать, при желании, но мы почему-то не делаем этого.
Меня в том числе, держит за ногу офис на 7-м этаже, а Р.Ю. - его фирма...
Куда уже денешься?.. Да и ничего того, что было уже никогда не будет.
Но все равно - очень хочется в Иркутск. Несмотря ни на что.
А вам куда-нибудь хочется?
Ну, вот так, чтоб понятно, что обратно - никак? А все равно - хочется?
Ангел

Все относительно, конечно, НО.

Иногда я думаю, что в жизни мне пришлось наблюдать вещи,
мысль о которых большинству людей и в голову-то не приходят.
Особенно тем из них, кто статьи на социальные темы не читает,
передачи типа "Человек и закон" не смотрит...
Нынче вот за обедом потрясла своих коллег до глубины души.
Зашла у нас речь о жизни в деревне - девчонки обе деревенские - а я возьми, да и расскажи
историю про девочку Настю из Мошковского приюта.
Я писала про нее статью, когда в "Жизни" работала.
В общем-то, это был тогда довольно рядовой материал.
Рассказываю я, значит, глядючи в свою тарелку, а потом как глянула - сидят ошарашенные,
глаза вытаращили, рты пооткрывали...
И вот чего я подумала: а сделаю-ка я в ЖЖ меточку "120 дней настоящей "Жизни"",
и выложу все те истории, о которых мне пришлось тогда писать.
Они, конечно, выходили в газете, но когда ж это было, да и потом, кто ж из вас, мои дорогие френды, читает газету "Жизнь"!
А материалы все-все правдивые - от первого и до последнего слова.
Я тогда наивно думала, что наша журналистская задача - говорить людям правду о невероятных вещах, происходящих в нашей жизни. Это уж потом я поняла: редактор прекрасно знает, что ради красного словца, можно и правду приукрасить до неузнаваемости, и акцентики по-иному расставить...
Вот тогда мы и расстались без сожаления.
А истории остались. И люди эти еще где-то ведь живут...
Но об этом уже в другой раз.
Ангел

Все. Лечите меня.

Глухо, из глубин сумки со звуком стука печатной машинки приходит SMS.
Роюсь в кожано-тяпочных недрах. В одном отделении, в другом...
Телефона нет.
За секунду до того, как пальцы натыкаются на его прохладную твердость,
приходит пугающая мысль: НУ ВСЕ, ЗАБЫЛА НА РАБОТЕ!
КАК ТЕПЕРЬ НА ВСЕ ВЫХОДНЫЕ БЕЗ ТЕЛЕФОНА-ТО?